Библиотека в кармане -зарубежные авторы


             

Прэтчетт Терри - Посох И Шляпа


Терри Пратчетт
Посох и шляпа
Много лет назад я увидел в Бате очень полную американку, которая
быстро-быстро тащила за собой громадный клетчатый чемодан на маленьких
постукивающих колесиках. Колесики цеплялись за трещины в асфальте и наделяли
чемодан самостоятельной жизнью. Так на свет появился Сундук. Огромное
спасибо этой американке и людям, которые работают в таких местах, как
компания "Силовой кабель" в штате Небраска, и не получают достаточной
поддержки.
В этой книге нет карты. Можете нарисовать ее сами.
Жил-был один человек, и было у него восемь сыновей. Если не считать
этого факта, то человек сей был не более чем точкой на странице Истории.
Печально, но вот и все, что можно сказать о некоторых людях.
Восьмой сын вырос, женился, и у него тоже родилось восемь сыновей, а
поскольку для восьмого сына восьмого сына существует лишь одна подходящая
профессия, то он стал волшебником. И сделался он мудрым и могущественным
(или просто могущественным), и носил остроконечную шляпу, и на этом все
закончилось бы...
Во всяком случае, должно было закончиться.
Но вопреки магическому Закону и всем разумным доводам - если не считать
доводов сердца, в которых много теплоты и беспорядка и мало, гм, разума, -
он оставил волшебные стены, влюбился и женился (причем, не обязательно в
вышеуказанном порядке).
И у него родилось семь сыновей, каждый из которых с колыбели был как
минимум таким же могущественным, как любой другой волшебник в этом мире. А
затем у него родился восьмой сын... Волшебник в квадрате. Источник чудес.
Чудесник.
Над песчаными обрывами грохотал летний гром. Далеко внизу море шумно
обсасывало гальку, словно беззубый старикашка, которому дали леденец. В
потоках восходящего воздуха лениво парило несколько чаек, ожидая
каких-нибудь событий.
А отец волшебников сидел на краю обрыва среди кустов и шумящей морской
травы, баюкал на руках ребенка и глядел на море.
В сторону материка двигалась взлохмаченная черная туча, и тот свет,
который она толкала впереди себя, был похож на густой сироп, как это бывает
перед по-настоящему сильной грозой.
Волшебник, за спиной которого внезапно наступила тишина, обернулся и
поднял покрасневшие от слез глаза на высокую фигуру в черном одеянии и с
капюшоном на голове.
- ИПСЛОР КРАСНЫЙ? - уточнила фигура голосом гулким, как пещера, и
насыщенным, как нейтронная звезда.
Ипслор ухмыльнулся ужасной ухмылкой внезапно обезумевшего человека и
продемонстрировал Смерти дитя.
- Мой сын, - сообщил он. - Я назову его Койн. - ИМЯ НЕ ХУЖЕ ЛЮБОГО
ДРУГОГО, -вежливо отозвался Смерть.
Его пустые глазницы уставились на маленькое круглое личико, погруженное
в сон. Вопреки слухам, Смерть вовсе не жесток - просто он ужасно, ужасно
хорошо выполняет свою работу.
- Ты забрал его мать, - проговорил Ипслор. Этот была сухая констатация
факта, в которой не чувствовалось никакой злобы.
От дома Ипслора, что стоял в долине над обрывом, остались одни
дымящиеся руины, и поднимающийся ветер уже разносил по шуршащим дюнам
хрупкие ошметки пепла.
- ВООБЩЕ-ТО, ЭТО БЫЛ НЕ Я, А СЕРДЕЧНЫЙ ПРИСТУП, - утешил его Смерть. -
БЫВАЮТ И ХУДШИЕ СПОСОБЫ ОТПРАВИТЬСЯ НА ТОТ СВЕТ. МОЖЕШЬ МНЕ ПОВЕРИТЬ.
Ипслор посмотрел на море.
- Вся моя магия не смогла спасти ее.
- ЕСТЬ МЕСТА, КУДА ДАЖЕ МАГИЯ НЕ СМЕЕТ ПРОНИКНУТЬ.
- А теперь ты пришел за ребенком?
- НЕТ. У РЕБЕНКА СВОЯ СУДЬБА. Я ПРИШЕЛ ЗА ТОБОЙ.
- А-а.
Волшебник поднялся на ноги, осторожно положил спящего мальчика на
редкую траву и взял лежавший рядом длинный п