Библиотека в кармане -зарубежные авторы


             

Мур Джон - Принцы Двадцати Королевств 1


ДЖОН МУР
ПРИНЦ БЫСТРОГО РЕАГИРОВАНИЯ
(ПРИНЦЫ ДВАДЦАТИ КОРОЛЕВСТВ — 1)
Не все бывает тихо и гладко в Двадцати королевствах. То начнут чудить злодеи-волшебники, то выползет из пещеры голодный дракон, то собственные придворные устроят за королевской спиной какую-нибудь очередную интригу. И если бы не отважные принцы, равно умеющие владеть добрым мечом и покорять сердца капризных красавиц, жизнь сделалась бы вялой и пресной, как вяленое драконье мясо.
Моя благодарность членам Хьюстонского общества
Ритуального Завтрака — за их поддержку
и энтузиазм
Волшебник был злой. Нет, правда злой. Злой в самом прямом смысле этого слова.

Он насылал эпидемии и сыпал отраву в реку, несущую воды мимо его замка к расположенным ниже по течению деревням. Он губил одиноких путников, перемалывал их кости для своих порошков и кипятил их кровь для колдовских зелий.

Он мучил маленьких пушистых зверюшек, ставя над ними извращенные некротические опыты. Он отрывал крылья бабочкам. Причем не ради какого-либо магического эффекта, а просто для удовольствия.
Он никогда не писал маме. Даже в ее день рождения. На рынке, якобы прицениваясь, он мял разложенные на лотках фрукты, после чего продать их уже было невозможно. В спорах он всегда жульничал.

А если его заносило в местный трактир (инкогнито, разумеется), он с готовностью присоединялся к дармовой выпивке, но сам никогда никого не угощал.
Принцесса Глория, напротив, была олицетворением чистоты, добродетели и невинности. Деревянный стол, к которому ее приковали, находился в запертой изнутри комнате, в свою очередь помещавшейся в самой высокой башне замка злого волшебника.

На момент описываемых событий принцесса Глория уже не плакала. Она предавалась этому занятию в течение последних четырех суток и имела возможность убедиться в полной его бесполезности.

А поскольку оставалась единственная надежда — на спасение извне, принцессе совершенно не хотелось предстать перед потенциальным спасителем с красными и опухшими глазами. Ну а если ей все-таки суждено умереть, то какая в конечном итоге разница.
Помимо волшебника и принцессы в помещении присутствовали двое подручных колдуна — туповатые да к тому же еще и уродливые громилы, ценимые им за эффективность в решении силовых вопросов. Собственно говоря, теперь, когда похищение уже состоялось, надобность в них как таковая отпала, но злодей чувствовал себя увереннее с парой телохранителей за спиной.

Те, в свою очередь, и не возражали — кто ж откажет себе в удовольствии поглазеть на обнаженную красавицу в цепях. Каждый развлекается по-своему.
Волшебник Магеллан нервно сновал по маленькой комнатке, расставляя мензурки и колбы и раскладывая ножи. Он намеревался выкачать из живого тела Глории кровь.

Кровь принцессы-девственницы весьма полезна для всевозможных подлых заклинаний, особенно если собрать ее между полуночью и рассветом. Кстати, ночь выдалась довольно теплая. Колдун открыл маленькое окошко, и пламя свечей затрепетало, отбрасывая на каменные стены танцующие тени.
— Не то чтобы мне нравился детский плач. Нет, вовсе нет. Я мягкосердечный человек, и плач меня нервирует.

Прямо-таки зубы сводит. А уж визг! От полуночи до рассвета мы получим почти пять часов визга. Ты ведь визжишь, правда? И не тряси головой.

Я же по глазам вижу: ты визгунья, а мои нервы и так натянуты до предела. Можно, конечно, заткнуть тебе рот кляпом, но тогда магия лишится полноценной динамики. — Магеллан имел склонность бормотать, когда затевал что-то по-настоящему гадкое.
Принцесса попыталась съежи