Библиотека в кармане -зарубежные авторы

         

Лем Станислав - 'перикалипсис'


Станислав Лем
"Перикалипсис"
Joachim Fersengeld "PERYCALYPSIS" (Editions de minuit - Paris)
Иоахим Ферзенгельд - немец; "Перикалипсис" он написал по-голландски
(почти не зная этого языка, как сам признает в предисловии), а издал во
Франции, известной своими скверными корректурами. Пишущий эти строки тоже
вообще-то не знает голландского, но, ознакомившись с названием книги,
английским предисловием и немногими понятными, выражениями в тексте,
решил, что в рецензенты все же годится.
Иоахим Ферзенгельд не желает быть интеллектуалом в эпоху, когда им
может быть каждый. Он также не стремится прослыть литератором; настоящее
творчество возможно лишь там, где имеется сопротивление материала или
людей, которым оно адресовано. Но так как по смерти религиозных и
цензурных запретов говорить можно все, то бишь всякую всячину, а по
исчезновении внимательных, чутких к слову читателей можно верещать что
попало кому попало, литература вместе со всею своей гуманитарной родней
есть труп, прогрессирующее разложение которого упорно скрывается близкими.
Значит, нужно искать новые области творчества, в которых отыщется
сопротивление, гарантирующее угрозу и риск - а тем самым серьезность и
ответственность.
Такой областью и такой деятельностью может быть ныне только
пророчество. Но так как оно заведомо невозможно, пророк, то есть тот, кто
знает заранее, что не будет ни выслушан, ни узнан, ни признан, априори
должен примириться со своей немотой. А нем не только тот, кто молчит, но и
тот, кто, будучи немцем, обращается по-голландски к французам после
английских предисловий. Поэтому Ферзенгельд поступает согласно собственным
принципам. Наша могущественная цивилизация, говорит он, стремится
производить возможно менее долговечные продукты в возможно более
долговечной упаковке. Недолговечный продукт приходится заменять новым, что
облегчает сбыт; а долговечность упаковки затрудняет ее устранение, что
способствует развитию техники и организации. Поэтому с потребительской
серийной халтурой покупатели кое-как управляются поодиночке, а для
устранения упаковки необходимы особые антизагрязнительные программы,
ассенизационная и очистная индустрия, координация и планирование. Раньше
можно было рассчитывать, что напластование мусора удержится на приемлемом
уровне благодаря природным стихиям, как-то: ливням, бурям, половодьям и
землетрясениям. Теперь же то, что некогда смывало и размывало мусор, само
стало экскрементом цивилизации: реки нас травят, воздух выжигает легкие и
глаза, ветер посыпает нам голову промышленным пеплом, а с пластиковой
упаковкой, по причине ее эластичности, даже землетрясения сладить не в
силах. Так что обычный наш пейзаж - хламогорье, а природные заповедники -
лишь редкое исключение из него. На фоне пейзажа из упаковки, которую
слущили с себя продукты, снуют оживленные толпы, занятые потреблением
всего распакованного, а также последнего натурального продукта, каким еще
остается секс. Но и он снабжен уймой оберток и фантиков, ведь что такое
платья, зрелища, розы, помада, как не рекламная упаковка? Цивилизация
достойна восхищения лишь в отдельных своих фрагментах, подобно тому, как
достойна восхищения безукоризненность сердца, печени, почек, легких:
бесперебойная работа этих органов вполне осмысленна, пусть даже
деятельность тела, состоящего из столь совершенных частей, начисто лишена
смысла - если это тело безумца.
То же самое, вещает пророк, наблюдается в сфере духовных благ:
чудовищная махина цивилизаци





Содержание раздела