Библиотека в кармане -зарубежные авторы



Гибсон Уильям - Все Вечеринки Завтрашнего Дня


sf_cyberpunk Уильям Гибсон Все вечеринки завтрашнего дня Уильям Гибсон — одна из ярчайших звезд современной американской прозы, основатель стиля киберпанк — стиля, который не только совершил революцию в жанровой литературе 1980-х годов, но и отозвался серьезными потрясениями во всем диапазоне литературного спектра.
Роман «Все вечеринки завтрашнего дня» — последний роман «мостовой» трилогии Гибсона («Виртуальный свет», «Идору» и «Все вечеринки завтрашнего дня»). В нем истории старых и новых персонажей — и мира в целом — сходятся в узловой точке...
ru en Ego ego1978@mail.ru FB Tools 2006-02-11 http://www.litportal.ru EGO-78-9F6B5388-3232-4467-9EAF-A83E7F7920A3 1.0 v1.0 — создание fb2 Ego
Трилогия моста. Все вечеринки завтрашнего дня У-Фактория Екатеринбург 2003 5-94799-172-8, 5-94799-269-8 William Gibson Уильям Гибсон
Все вечеринки завтрашнего дня
(Мост-3)
1
КАРТОННЫЙ ГОРОД
Сквозь вечерний поток лиц, меж спешащих черных ботинок, свернутых зонтов, через толпу, втекающую как единый организм в удушливое чрево станции, незамеченный, неузнанный, пробирается Шинья Ямадзаки, его ноутбук зажат под мышкой, как раковина некоего скромного, но вполне удачного экземпляра подводной фауны.
Не обращая внимания на многочисленных посетителей магазинов Гинзы с их бесцеремонными локтями, огромными пакетами и безжалостно бьющими по ногам кейсами, Ямадзаки и его ноутбук — легкая кладь информации — спускаются в неоновые бездны. В это подземелье относительного спокойствия, выложенное плиткой, с эскалаторами, движущимися вверх и вниз.
Центральные колонны, облицованные зеленой керамикой, поддерживают потолок, изрытый мохнатыми от пыли вентиляторами, дымоуловителями, громкоговорителями. За колоннами, у дальней стены, жмутся нестройным рядом потрепанные картонные ящики для грузовых перевозок, импровизированные укрытия, возведенные городскими бездомными.
Ямадзаки замирает на месте, и в тот же миг на него обрушивается океанский грохот спешащих с работы и на работу ног. Его не удерживает больше его миссия, и Ямадзаки вдруг испытывает искреннее и глубокое желание оказаться где-нибудь в другом месте, подальше отсюда.

Он морщится от боли, когда стильная молодая дама, черты лица скрыты маской «Шанель Микропор», проезжает ему по ногам дорогостоящей детской коляской на трех колесах. Судорожно выпалив извинения, Ямадзаки успевает заметить крошку-пассажира, промелькнувшего сквозь подвижные шторки из какого-то розоватого пластика, свечение видеодисплея, мерцающего в такт шагам матери, которая, как ни в чем не бывало, катит коляску вперед.
Ямадзаки вздыхает, никем не услышанный, и направляется, прихрамывая, к картонным укрытиям. Долю секунды он гадает, что подумают проходящие мимо пассажиры, увидев, как он залезает в пятый слева картонный ящик. Ящик едва доходит ему до груди, но длиннее, чем другие, и отдаленно напоминает гроб; кусок захватанной пальцами белой рифленки, свисающей пологом, служит дверью.
А может, меня и не заметят, думает он. Так же как он сам ни разу не видел, чтобы кто-то входил в одну из этих методично расставленных хибар или покидал ее.

Как будто обитатели стали невидимками в ходе особой сделки, позволившей таким структурам существовать в контексте станции. Он изучает экзистенциальную социологию, и такие сделки всегда его особенно интересовали.
А сейчас он колеблется, сопротивляясь желанию снять ботинки и поставить их рядом с засаленной парой желтых пластиковых сандалий, размещенных у входа на аккуратно сложенном листе подарочной бумаги «Парко».
Нет уж, думае